В новаторском и сильно сформулированном судебном решении Европейский суд по правам человека постановил, что российские власти не выполнили своих обязательств по защите свободы собраний не приняв надлежащих мер для обеспечения мирного проведения акции протеста на Болотной площади 6 мая 2012 года. В частности, суд установил, что, не связавшись с руководителями митинга, власти не смогли предотвратить беспорядки и гарантировать безопасность всех причастных граждан.

Заявитель, Евгений Фрумкин, участвовал в мирной демонстрации, когда его арестовали, задержали и, в конце концов, осудили за невыполнение приказа полиции. Суд счел это крайне непропорциональным, постановив, что это должно было отбить у него и других охоту участвовать в акциях протеста или заниматься оппозиционной политикой в целом. В своем решении Европейский суд установил нарушения права на свободу собраний и ассоциаций, права на свободу и личную неприкосновенность, а также права на справедливое судебное разбирательство. Г-на Фрумкина представлял Европейский центр защиты прав человека, базирующийся в Мидлсексский университет, и Правозащитный центр "Мемориал" (Москва).

Факты

6 мая 2012 г. в Москве прошла масштабная мирная демонстрация, завершившаяся на Болотной площади, против предполагаемых нарушений и фальсификаций во время парламентских выборов в ноябре 2011 г. и президентских выборов в марте 2012 г. Митинг был санкционирован московскими властями, и был утвержден маршрут марша, который, как установил суд, включал парк на Болотной площади. Однако, когда демонстранты достигли Болотной площади в 17:00, они обнаружили, что парк оцеплен ОМОНом и недоступен. Когда ОМОН не двинулся с места, чтобы дать возможность участникам собраться в парке, четверо лидеров демонстрации объявили сидячую забастовку, а 20-50 человек последовали их указаниям. Власти не смогли должным образом связаться с участниками сидячей акции протеста, чтобы снять нарастающую напряженность, прежде чем разогнать толпу. Остальные демонстранты проследовали к сцене на Болотной набережной. В 18:00 по указанию полиции один из организаторов объявил о прекращении демонстрации, но большинство демонстрантов не услышали этого. В этот момент ОМОН начал разгон демонстрации и арестовал большое количество активистов.

Г-н Фрумкин был одним из протестующих на Болотной набережной. Он утверждал, что район вокруг него оставался мирным. Хотя он услышал приказ полиции разойтись, он не смог немедленно покинуть это место из-за толпы и общего волнения и утверждал, что был арестован без предупреждения в 19:00. Российское правительство заявило в своих замечаниях, что он был арестован в 20:30 за воспрепятствование движению транспорта и неподчинение приказам полиции передвигаться. Г-н Фрумкин был доставлен в суд 7 мая, однако его дело не было рассмотрено, и он был доставлен обратно в камеру милиции в 23:55, проведя день в транзитном фургоне без еды и питья. Он оставался под стражей до суда 8 мая, во время которого ему не разрешалось ни проводить перекрестный допрос свидетелей, ни вызывать дополнительных свидетелей. Его признали виновным и приговорили к 15 суткам административного ареста.

Суждение

Г-н Фрумкин подал жалобу в Европейский суд 9 ноября 2012 года, в которой он утверждал, что российские власти нарушили его право на свободу ассоциации и собраний в соответствии со статьей 11 Европейской конвенции о правах человека (ЕКПЧ) по двум пунктам. Во-первых, он утверждал, что меры по сдерживанию массовых беспорядков, принятые государством, в том числе решение о оцеплении Болотной площади, неизбежно спровоцировали противостояние между протестующими и полицией, которое затем было использовано в качестве предлога для разгона протеста. Во-вторых, он жаловался, что его арест был произвольным, незаконным и непропорциональным, поскольку район, в котором он находился, оставался мирным. Он также утверждал, что его последующее задержание было нарушением его права на свободу в соответствии со статьей 5 ЕКПЧ. Кроме того, доказательства, представленные в ходе административного разбирательства против него, состояли исключительно из стандартных полицейских документов, ему было отказано в возможности перекрестного допроса причастных сотрудников полиции, а также не были приняты какие-либо дополнительные доказательства защиты, такие как видеозапись его задержания. Он утверждал, что это представляет собой нарушение его права на справедливое судебное разбирательство (статья 6 ЕКПЧ).

Свобода собраний (статья 11)

Суд отдельно рассмотрел меры, принятые государством в отношении демонстрации в целом, и меры, принятые против заявителя лично. Важно отметить, что:

«хотя первая часть утверждений заявителя касается несколько общей ситуации, ясно, что эти общие события непосредственно повлияли на индивидуальное положение дел заявителя и его права, гарантированные статьей 11.. »[1]

Установив, что российские власти не выполнили своего позитивного обязательства по обеспечению мирного проведения демонстраций, Суд заявил, что:

«Власти полиции не обеспечили надежный канал связи с организаторами до собрания. Это упущение поразительно, учитывая общую тщательность подготовки службы безопасности к ожидаемым актам неповиновения со стороны лидеров собрания».[2]

Кроме того, было установлено, что власти предприняли недостаточные усилия для устранения напряженности, вызванной неразберихой, связанной с исключением в последний момент Болотной площади из маршрута движения демонстрантов:

«Непринятие простых и очевидных шагов при первых признаках конфликта привело к его эскалации, что привело к срыву ранее мирного собрания».[3]

Учитывая, в частности, ситуацию г-на Фрумкина, суд постановил, что его арест, предварительное заключение и приговор были совершенно несоразмерны цели обеспечения общественной безопасности.. Действительно, Суд подчеркнул тревожные последствия таких репрессивных мер:

«арест, содержание под стражей и последующее административное осуждение заявителя не могли не отбить у него и других охоту участвовать в акциях протеста или даже активно участвовать в оппозиционной политике».[4]

Таким образом, в обоих случаях Суд установил нарушение права на свободу собраний.

Право на свободу и личную неприкосновенность (статья 5)

При рассмотрении законности ареста и содержания под стражей г-на Фрумкина Суд установил, что власти не объяснили и тем более не оправдали его произвольное задержание на 36 часов в ожидании суда. Следовательно, Суд установил нарушение права г-на Фрумкина на свободу из-за отсутствия оснований и законных оснований для содержания его под стражей до суда в нарушение статьи 5(1) ЕКПЧ.

Право на справедливое судебное разбирательство (статья 6)

В соответствии со своим предыдущим прецедентным правом Суд рассмотрел административное производство в отношении г-на Фрумкина, в результате которого был приговорен к 15 суткам ареста, в соответствии с уголовным аспектом права на справедливое судебное разбирательство. Он установил нарушение его права на справедливое судебное разбирательство на том основании, что решение национальных судов основывалось исключительно на стандартизированных полицейских документах, не учитывало дополнительные доказательства и не вызывало сотрудников милиции для допроса заявителя. В результате национальные суды

«ограничили сферу административного дела предполагаемым неповиновением заявителя, не приняв во внимание «законность» приказа полиции […] Таким образом, они наказали заявителя за действия, защищаемые Конвенцией, не требуя от полиции обоснования вмешательства».[5]

Г-ну Фрумкину было присуждено 25 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

Значение

«В этом важном постановлении Суд отклонил версию, выдвинутую государством, о том, что ограничительные меры необходимы для поддержания мира, и решительно поддержал право на свободу собраний в то время, когда эта и другие свободы в России находятся под угрозой. Он представляет собой четкое заявление о том, что репрессивные меры, препятствующие политической оппозиции, являются незаконными».

 

Джессика Гаврон, юридический директор EHRAC, адвокат г-на Фрумкина

В этом решении подчеркиваются особые обязательства государств по содействию протестам как неотъемлемой части прав как на свободу собраний, так и на свободу выражения мнений, и уточняется, что существенной частью этого обязательства является обязанность поддерживать связь с лидерами демонстрации на протяжении всего , чтобы разрешить любые возникающие трения. В то же время в нем особо подчеркивается обязанность не сдерживать политическую активность с помощью непропорциональных мер, таких как аресты и задержания отдельных демонстрантов или активистов оппозиции.


[1] Параграф 101 суждение

[2] Пункт 127

[3] Параграф 128

[4] Параграф 141

[5] Пункт 166