Дело № 2952/06
Дата решения: 1 апреля 2010 г.

Факты

Заявителями являются пятеро граждан России: родители, брат, жена и дочь Башира Муцольгова, который был похищен на улице недалеко от его дома группой вооруженных людей 18 декабря 2003 года. в масках и камуфляжной форме, и говорили по-русски без акцента. Применяя силу, они посадили родственника заявителей в одну из машин и уехали. С тех пор его не видели. По словам свидетеля, который ехал впереди машин и сообщил о происшествии дежурному офицеру полиции, всем машинам было разрешено уехать. Судя по всему, предъявили специальное разрешение, запрещающее любой обыск владельцев разрешения и транспортных средств. В ответ на жалобы заявителей о похищении в ряд местных правоохранительных органов, им было отказано в какой-либо их причастности к задержанию. Однако заявители утверждали, что в последующие месяцы к ним подошли разные люди, которые якобы были сотрудниками ФСБ и предложили информацию о родственнике заявителей в обмен на деньги. Заявители подчинились, и им сказали, что их родственник был похищен группой сотрудников ФСБ и содержится в поселке Ханкала, главной российской военной базе в Чечне. 19 декабря 2003 г. было начато расследование событий, которое несколько раз приостанавливалось и возобновлялось в последующие годы. Следствию не удалось установить ни местонахождение родственника заявителей, ни личности виновных в его похищении.

Суждение

Суд был удовлетворен тем, что заявители представили достаточные доказательства того, что их родственник был похищен представителями государства во время непризнанной операции по обеспечению безопасности. Поскольку о нем не было никаких известий со дня его похищения более шести лет назад, и учитывая, что его имя не значилось в официальных записях какого-либо следственного изолятора, родственник заявителей должен был считаться мертвым. Ввиду того факта, что Правительство не предоставило никаких объяснений по поводу его исчезновения, ответственность за его предполагаемую смерть лежит на Правительстве. Соответственно, Суд установил нарушение статьи 2.

Имело место еще одно нарушение статьи 2 по процессуальным причинам в том, что расследование было неэффективным. Он находился на рассмотрении более шести лет и страдала от периодов бездействия, но без каких-либо результатов.

Суд счел, что четыре заявителя, за исключением дочери пропавшего без вести, которой на момент происшествия было всего три месяца, пострадали и продолжали страдать в результате исчезновения их родственника, что представляет собой бесчеловечное обращение в нарушение статьи 3.

Также имело место нарушение статьи 5, поскольку родственник заявителей содержался под непризнанным задержанием без каких-либо гарантий, содержащихся в этой статье.

Наконец, Суд постановил, что, поскольку уголовное расследование исчезновения родственника заявителей было неэффективным, и эффективность любого другого средства правовой защиты, которое могло существовать, включая гражданские средства правовой защиты, предложенные властями Российской Федерации, была подорвана. Имело место нарушение статьи 13 в совокупности со статьей 2.

Суд присудил 20 000 евро совместно матери и отцу Башира, 5 000 евро его брату и 35 000 евро его жене и дочери в качестве компенсации морального вреда.