Дело № 30613/05 и 30615/05
Дата приговора: 11 февраля 2010 г.

Факты

Сыновья заявителей были членами незаконного вооруженного формирования в Чечне. Они сдались пехотному полку группы российских федеральных сил «Запад» 14 марта 2000 года во время амнистии, объявленной Государственной Думой. 17 марта 2000 г. на их имя были выданы документы, в которых зафиксирована добровольная сдача оружия и изложено решение властей не возбуждать против них уголовное дело в соответствии с Законом об амнистии. Заявители не были свидетелями похищения, и описание событий основано на свидетельских показаниях, собранных ими после исчезновения их сыновей. Правительство утверждало, что двое мужчин были освобождены. Суд особо отметил отсутствие надлежащих записей об их задержании и освобождении. Заявители не получали известий о своих сыновьях с 17 марта 2000 г.

Суждение

Суд постановил, что в контексте чеченского конфликта мужчины должны считаться умершими, учитывая их отсутствие в течение нескольких лет после непризнанного задержания государственными военнослужащими. Поскольку российское правительство не представило никаких доказательств их задержания или освобождения, а двоих мужчин в последний раз видели живыми под стражей, суд постановил, что смерть приписывается государству. В отсутствие каких-либо оправданий в отношении применения силы со смертельным исходом представителями государства имело место нарушение статьи 2.

Суд также установил нарушение процессуального аспекта статьи 2 в связи с неспособностью властей провести эффективное расследование исчезновений.

Была нарушена статья 3 в отношении страданий заявителей в результате исчезновения их сыновей.

Суд также установил, что сыновья заявителей содержались под непризнанным содержанием под стражей без каких-либо гарантий, что представляло собой особо серьезное нарушение статьи 5 Конвенции.

Напоминая, что в подобных обстоятельствах, когда уголовное расследование исчезновения было неэффективным и эффективность любого другого средства правовой защиты, которое могло существовать, включая гражданско-правовые средства правовой защиты, предложенные властями Российской Федерации, соответственно, была подорвана, государство не смогло обязательство по статье 13 в совокупности со статьей 2 Конвенции.

Обоим заявителям было присуждено 60 000 евро в качестве компенсации морального вреда.