Европейский суд по правам человека принял к рассмотрению дело матери "prima facie" о пытках и смерти сына от рук российской полиции

26 Июнь 2020
European Court of Human Rights accepts mother’s “prima facie case” of son’s torture and death at the hands of Russian police
Фото: Сергей Мальгавко / ТАСС

Во вторник, 23 июня 2020 года, Европейский суд по правам человека постановил что российская полиция несет ответственность за смерть задержанного, который, по их утверждениям, покончил жизнь самоубийством, выпрыгнув из окна четвертого этажа отделения милиции в республике Кабардино-Балкария в 2007 году. Суд признал, что мать Зейтуна Гаева «совершила самоубийство». доказано, что [ее сын] погиб от рук полиции ». Он также установил, что расследование его смерти российскими властями было неэффективным.

Вскрытие, проведенное после смерти Зейтуна, показало, что он умер от травм, полученных за несколько часов до его смерти и которые, по всей видимости, соответствовали пыткам. Суд определил «вне разумных сомнений», что во время содержания под стражей он подвергался пыткам со стороны полиции.

EHRAC вместе с Мемориал ПЦ, представляла мать Зейтун Асли Гаеву.

Что случилось с Зейтун Гаевым?

Около 19 часов 15 ноября 2007 года Зейтун Гаев и его знакомый ехали из Нальчика в село Герпегеж, когда их остановила транспортная полиция. Оба мужчины были задержаны и доставлены в УВД республики.

Знакомый Зейтун был отпущен на следующий день и вернулся домой. Самого Зейтуна перевели в отделение милиции в Нальчике, где он оставался под стражей.

Вечером 15 ноября адвокат и двое братьев Зейтун пытались навестить его в отделении милиции. В полиции утверждали, что Зейтуна там не держали, хотя его машина была припаркована во дворе помещения. Позже его братья и адвокат подали жалобу в прокуратуру г. Нальчика на то, что Зейтун содержится под непризнанным задержанием. Дежурный офицер позвонил в управление по борьбе с организованной преступностью и получил неофициальное подтверждение того, что Зейтун содержится в отделении полиции.

На следующий день в 14:00 сотрудники отдела по борьбе с организованной преступностью прибыли в дом родителей Зейтун и произвели обыск. Очевидно, искали пистолет. Отцу Зейтуна удалось ненадолго поговорить со своим сыном по телефону офицера, отвечающего за группу. Он вспомнил, что голос его сына был очень слабым и что он едва мог говорить. В доме не было обнаружено никакого оружия.

После обыска родители Зейтун подали в полицию жалобу на то, что их сын, скорее всего, подвергся жестокому обращению в отделении милиции.

В 20:00 16 ноября 2007 года брат Зейтун пошел в отделение милиции, чтобы передать ему продуктовый пакет. Дежурный офицер согласился передать еду Зейтуну. Когда его брат спросил, выглядел ли Зейтун так, как будто его избили, офицер ответил, что он выглядел «нормально».

Через два часа Асли Гаевой позвонили из полиции и сообщили, что ее сын покончил жизнь самоубийством, выпрыгнув из окна четвертого этажа отделения милиции.

Затем было проведено вскрытие, чтобы определить причину смерти Зейтуна. Патологоанатом установил, что он получил многочисленные травмы и что его смерть наступила в результате «сложной тупой травмы головы, тела и конечностей», сопровождавшейся другими ранениями.

По словам эксперта, травмы Зейтуна были «вызваны неоднократными ударами твердыми тупыми предметами, которые могли быть сжатыми в кулак пальцами, обутой ногой, палкой или чем-то еще». Эти травмы он получил за шесть и двенадцать часов до смерти.

Изначально районный следственный отдел принял решение не возбуждать расследование смерти Зейтуна по неизвестным причинам. Позже это решение было отменено следователем, и 15 декабря 2007 года было возбуждено уголовное дело.

В период с 2007 по 2008 год следователи допросили ряд свидетелей.

В 2009 году расследование приостанавливалось и возобновлялось несколько раз из-за невозможности установить личности преступников.

В один важный момент заместитель прокурора Кабардино-Балкарии приказал следователям «устранить нарушения федерального законодательства, допущенные в ходе предварительного расследования». Он раскритиковал расследование и приказал принять ряд мер, в том числе точно установить, что случилось с Зейтуном в отделении полиции. Несмотря на это, 25 октября 2009 г. расследование было вновь приостановлено.

Прошло семь лет, прежде чем решение было отменено, и производство по делу было возобновлено в 2016 году. Уголовное дело еще не завершено.

Что нашел суд?

Власти Российской Федерации не оспорили утверждения матери Зейтун о смерти ее сына и не предложили правдоподобного объяснения или альтернативной версии рассматриваемых событий. Таким образом, Суд пришел к выводу о наличии достаточных оснований для признания государства ответственным за смерть Зейтуна в соответствии с материально-правовым аспектом статьи 2 Европейской конвенции о правах человека (ЕКПЧ) - правом на жизнь.

Расследование смерти Зейтуна продолжается уже более десяти лет, и никаких результатов пока не достигнуто. Следователи не предприняли ключевых шагов для установления того, что с ним произошло в отделении милиции. Важные доказательства не были собраны, несмотря на прямые приказы с этой целью. Таким образом, Суд установил, что расследование было неэффективным и, следовательно, нарушало статью 2 в ее процессуальной части.

Российские власти также не прокомментировали должным образом травмы, полученные Зейтун во время содержания под стражей. Правительство не отрицало, что он был здоровым, когда был арестован, и не отрицало, что на его теле имелись многочисленные травмы, подтвержденные вскрытием. Таким образом, Суд смог установить «вне разумных сомнений», что Зейтун подвергался пыткам во время содержания под стражей в нарушение статьи 3 ЕКПЧ.

Материалы уголовного дела подтверждают утверждения заявителя о незаконности содержания Зейтуна под стражей. В своей критике предварительного расследования заместитель прокурора Кабардино-Балкарии прямо написал, что Зейтун был «задержан незаконно». Таким образом, Европейский суд мог установить нарушение права на свободу и безопасность в соответствии со статьей 5 ЕКПЧ.

Суд обязал Россию выплатить Асли Гаевой 80 000 евро в качестве возмещения ущерба.